Из интервью с Барбарой Лисков. Вы достигли профессионального совершеннолетия во время разработки искусственного интеллекта. Как изменилось представление об искусственном интеллекте и машинном обучении за время вашей карьеры? Я защитила докторскую диссертацию с Джоном Маккарти в области искусственного интеллекта. Я написала программу для разыгрывания шахматных эндшпилей. Эту тему предложил Джон, потому что я не играла в шахматы. Я прочитала [шахматные] учебники и перевела эти алгоритмы в поле информатики. В то время, вершиной научной мысли было — сделать так, чтобы программа вела себя так, как поступал бы человек. Сейчас уже дела обстоят иначе. Сегодня программы на основе машинного обучения в большинстве случаев неплохо справляются со своими задачами, но все же не всегда. Люди не понимают, почему они работают или не работают. Если я работаю над проблемой и мне нужно точно понять, почему работает алгоритм, я не буду применять машинное обучение. С другой стороны, один из моих коллег анализирует маммограммы с помощью машинного обучения и находит доказательства того, что рак можно обнаружить намного раньше. Искусственный интеллект — это скорее прикладная, нежели обособленная дисциплина. Его всегда использовали для чего-то конкретного. Что думаете? Начнем использовать «для всего подряд без разбора»? Я вот например сегодня опят с курсором прошел уже обычный путь от «безмерной благодарности и радости от быстрой генерации небольших кусков» до «идиот, ты можешь просто мокнуть вот этот конкретный клиент?» Не может.